www.pln24.ru Информационный портал Псковской области. Основан в 2000 году.

слушать online смотреть online
27 марта 25 марта 24 марта 30 марта Телефон 13 марта 17 марта 19 марта 25 марта 30 марта 19 марта 19 марта 27 марта 17 марта 17 марта 17 марта

От причины до повода один Пушкин

07.02.2014 09:20 «Эхо Москвы» в Пскове»

Актерский дневник Пушкинского фестиваля 07.02.14.

Такого громкого, шумного, богатого пересудами фестиваля еще не было. Тут тебе и сверкающее новизной здание Народного Пушкинского дома, и вся президентская культурная рать во главе с Самим. Сначала идут по роскошному старому зданию, заходят в другое, новое и тоже пленительно-обаятельно-современно-привлекательное. И скандальчик кстати, который всегда безотказно работает на кассу:  худрук Василий Сенин лично не пускает в зал на генеральный прогон двух народных артистов, и одного из них, 73-летнего Вадима Радуна, проработавшего только главным режиссером  без малого 20 лет, а всего 38, выводит из театра наряд полиции - четверо в бронежилетах с автоматами, я - свидетель. Вспомнилось, что ему тоже было 36, когда он приехал в Псков… Вот только Пушкина почти не слышно, разжалованного вдруг из статуса «Причина» до малопрезентабельного статуса «Повод».

Не допущен к фестивалю и Владимир Рецептер - отец-основатель и бессменный руководитель двадцати предыдущих Пушкинских фестивалей. По неподтвержденной пока информации из Питера, Рецептер намерен перенести фестиваль и его ныне упразднённую у нас  творческую Лабораторию в другой город. Куда? Кроме самого пушкинского места России, Святых Гор и Михайловского, есть и другие знаковые пушкинские места. Болдино, например. Надо полагать, Нижний Новгород будет изрядно рад подарку.

Меня дергают за рукава, звонят, спрашивают мнение о спектакле открытия - «Графе Нулине». Так вот: о «Нулине» писать не буду. Пока. Оттяну удовольствие - оставлю на общее подведение итогов. Скажу лишь, что согласен с Евгением Мироновым, который после премьеры заявил, что и такой театр может быть. Почему нет? Не нравится - не смотрите, идите смотреть то, что нравится, но не надо на это плевать! Правильно, согласен. А на что надо? Правильно, ни на что. Однако, плевков на прежний театр и на предыдущие 20(!) фестивалей было выше головы. Пример? Извольте. Из Дениса Кугая на ПЛН (мы теперь, оказывается, с ним коллеги, поэтому, думаю, поймет):

«…Когда в городе привстал из смердящей лужи театр…» («Город-гопник») Стоп! Смердящая лужа - это, стало быть, мы, отработавшие в этом театре по полжизни?  Так ведь вроде бы договорились не плеваться?

«…У них (молодых – В.Я.) есть свой зритель. Этот зритель сменил того, который уже давно смотрит на собрание бронзовых скульптур, но по старой памяти называет это театром. Время этого зрителя ушло...» («Театр и актеры вокруг него») Снова стоп! Что значит ушло? Перемёрли что ли? Или коллега Кугай по своеволию, одним клавишным мановением руки вычеркнул их из жизни и отселил на кладбище, выдав желаемое за действительное и обманув… кого? Жизнь? Да нет, скорее, себя. Или у него есть разнарядка, до какого возраста позволено заниматься творчеством? Всем по-разному, это верно, кто-то и до 36 не дотягивает… Простите, отвлекусь, но вдруг заметил, как легко рифмуется: «Граф Нулин, из чужих краев… На ловлю счастья и чинов //Заброшен к нам по воле рока. //Смеясь, он дерзко презирал //Земли чужой язык и нравы, //Не мог щадить он нашей славы, //Не мог понять в сей миг кровавый, //На что он руку…» Впрочем, не буду о «Нулине», нет – обещал же! (Шлеп-шлеп себя по губам!) Буду о фестивале.

О том, что театр может и должен быть разным, красноречиво показал день второй, 4 февраля, с его двумя спектаклями. Первому из них я бы выставил высшую фестивальную оценку, а второй… как бы это помягче… ну, не мой это театр! И - совершенно обратное впечатление у нашего актера и моего сына, студента выпускного курса Ярославского театрального института Николая Яковлева (у которого, между прочим, за четыре года и ролей поднабралось, в том числе и главных): первый его совершенно не тронул, зато второй вызвал, если не восторг, то пребольшой интерес. Я удивился, но… не считаться нельзя.

«Моцарт и Сальери - это я», - эти слова Пушкина стали отправной точкой создания спектакля в Творческой лаборатории Московского театра на Таганке. Режиссер и исполнитель роли Моцарта Игорь Пехович, в роли Сальери Сергей Афанасьев. Высокий профессионализм, изысканная речь, лаконичность и точность деталей, не случайность выразительных средств. С первых слов первого монолога Сальери появляется его альтер эго, Двойник, живущий в каждом из нас, который потом и окажется Моцартом, но сейчас мы слышим его обличающие - а для Сальери САМОобличающие - реплики, причем, без нарушения пушкинского текста: «Науки, чуждые музыке, были //Постылы мне; упрямо…» говорит Сальери. «И надменно!» - обличает Двойник. Через паузу Сальери продолжает: «От них…» «Отрекся я!» - упрекает Двойник. И снова Сальери: «…И предался одной музыке». И т.д.

Встретятся они в зеркальной раме, чтобы потом, отточено повторяя движения друг друга, насыпать каждый в свой бокал яду. Становится ясно, что все происходит в одном человеке, в котором живут и Моцарт, и Сальери, - блестящее решение, блестящее исполнение. Спектакль камерный, и в Пскове был сыгран на сцене театра кукол.

Вторым спектаклем дня представил театр АХЕ (его еще зовут инженерным театром), созданный на базе знаменитого артцентра «Пушкинская 10» в Петербурге, - «Местослов до ля ми фа» - перформанс Павла Семченко и Владимира Волкова (контрабас) по «Нравоучительным четверостишиям» А.Пушкина и Н.Языкова, сыгранный на Малой сцене. Спектакль довольно сложный технически, поэтому нельзя не упомянуть и «девушку за пультом», управляющую несколькими видеокамерами, транслирующими изображение на экран-задник, - Машу Небесную.

Действо и впрямь занятное, чего в нем только нет: и живой огонь, и вода… вернее, жидкость в виде воды, молока, которое льется на голову, и Кола, и еще что-то синее. На исполнителе и шапка горит – в буквальном смысле! – и пакет он себе на голову надевает, чтобы успеть, не задохнувшись, произнести четыре строки. Ну а Пушкин… Мог бы быть и не Пушкин. И даже больше подошли бы, скажем, «Вредные советы» Григория Остера, или… да неважно что! Это потом подтвердил и сам отважный исполнитель, сообщивший (и тем самым расставивший все по местам), что вообще-то это спектакль для детей, которых в зале, чем больше, тем лучше, а здесь не было совсем.

Самое досадно-необъяснимое, что организаторы нынешнего фестиваля, загодя задрав планку заявлениями типа «на этом фестивале, в отличие от предыдущих, не будет проходных мероприятий», отреклись от колоссальных интеллектуальных и творческих достижений всех предыдущих фестивалей, которые скрупулезно, не упуская мелочей, год за годом строили в России театр Пушкина – его теорию и практику. Уже, кажется, всем было ясно, что в выигрыше оказывается тот, кто занят не собой, а Пушкиным, кто отваживается самозабвенно погрузиться в эту «очаровательную бездну» по имени Пушкин (выражение Петра Фоменко, прозвучавшее когда-то на фестивале). Уже была увлекательнейшая и бурная дискуссия о том, где ставить ударение – на первом или третьем слове во фразе «Я играю (ставлю) Пушкина». И вот теперь по фестивальному полю разбросаны старые грабли…

Но, тем не менее, в Пскове вновь звучит Пушкин, на этот раз с нескольких фестивальных площадок обновленного театра, открываются хорошие выставки и идут люди. Они будут идти и еще через 36 лет, и еще через 36, и еще… к Пушкину.

Виктор Яковлев 

Источник: «Эхо Москвы» в Пскове»



cюжет:
XXI Международный Пушкинский театральный фестиваль

 

Какими критериями вы руководствуетесь при выборе места для загородного отдыха?












  смотреть результаты



Какими критериями вы руководствуетесь при выборе места для загородного отдыха?












  смотреть результаты